Написать в редакцию

Написать в редакцию

Заполните все поля формы и нажмите «Отправить»

  • +7 (3952) 79-88-99
  • prolaw38@mail.ru

ФАКТОР ДИСКРЕДИТАЦИИ В МЕХАНИЗМЕ РЕАЛИЗАЦИИ ЮРИДИЧЕСКОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ: ОБЩЕТЕОРЕТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

Пролог: журнал о праве. – 2021. – №2. – С. 22 – 30.
ISSN 2313-6715. DOI: 10.21639/2313-6715.2021.2.3.
Дата поступления 2.04.2021, дата принятия к печати 17.06.2021,
дата онлайн-размещения 30.06.2021.

Целью настоящего исследования является общетеоретическая характеристика фактора дискредитации в механизме реализации юридической ответственности. Обозначено негативное влияние дискредитации на эффективность юридической ответственности и, в целом, на работу органов и должностных лиц по привлечению к ответственности и ее реализации. Названы конкретные формы (проявления) дискредитации, дано их аналитическое описание применительно к предмету изучения. Обоснована необходимость противодействия дискредитации на различных стадиях динамики ответственности, включая правотворческую и последующую правоприменительную деятельность. Выявлена связь между качеством общеправовой теории юридической ответственности и междисциплинарной методологией. Предложено выработать научно-правовую стратегию по расширению исследовательского инструментария для познания социально-правовой реальности, складывающейся вокруг организации и осуществления деятельности по возложению юридической ответственности. Исходя из особенностей дискредитирующего воздействия, раскрыта специфика действия фактора дискредитации в отношении системы правоохранительных органов, непосредственно участвующих в механизме реализации юридической ответственности. Использованы статистические данные, свидетельствующие об уровне доверия к институтам публичной власти, с учетом оказываемого на них дискредитирующего воздействия. Сформулированы базовые установки по интенсификации комплексной борьбы с дискредитацией в механизме реализации юридической ответственности.

Фактор дискредитации; юридическая ответственность; механизм реализации юридической ответственности; правотворчество; правоприменительная практика; правоохранительные органы.

Воробьев С.М., Кузьмин И.А. Фактор дискредитации в механизме реализации юридической ответственности: общетеоретический аспект // Пролог: журнал о праве. – 2021. – № 2. – С. 22 – 30. – DOI: 10.21639/2313-6715.2021.2.3.

Информация о статье

Пролог: журнал о праве. – 2021. – №2. – С. 22 – 30.
ISSN 2313-6715. DOI: 10.21639/2313-6715.2021.2.3.
Дата поступления 2.04.2021, дата принятия к печати 17.06.2021,
дата онлайн-размещения 30.06.2021.

Аннотация

Целью настоящего исследования является общетеоретическая характеристика фактора дискредитации в механизме реализации юридической ответственности. Обозначено негативное влияние дискредитации на эффективность юридической ответственности и, в целом, на работу органов и должностных лиц по привлечению к ответственности и ее реализации. Названы конкретные формы (проявления) дискредитации, дано их аналитическое описание применительно к предмету изучения. Обоснована необходимость противодействия дискредитации на различных стадиях динамики ответственности, включая правотворческую и последующую правоприменительную деятельность. Выявлена связь между качеством общеправовой теории юридической ответственности и междисциплинарной методологией. Предложено выработать научно-правовую стратегию по расширению исследовательского инструментария для познания социально-правовой реальности, складывающейся вокруг организации и осуществления деятельности по возложению юридической ответственности. Исходя из особенностей дискредитирующего воздействия, раскрыта специфика действия фактора дискредитации в отношении системы правоохранительных органов, непосредственно участвующих в механизме реализации юридической ответственности. Использованы статистические данные, свидетельствующие об уровне доверия к институтам публичной власти, с учетом оказываемого на них дискредитирующего воздействия. Сформулированы базовые установки по интенсификации комплексной борьбы с дискредитацией в механизме реализации юридической ответственности.

Ключевые слова

Фактор дискредитации; юридическая ответственность; механизм реализации юридической ответственности; правотворчество; правоприменительная практика; правоохранительные органы.

Библиографическое описание

Воробьев С.М., Кузьмин И.А. Фактор дискредитации в механизме реализации юридической ответственности: общетеоретический аспект // Пролог: журнал о праве. – 2021. – № 2. – С. 22 – 30. – DOI: 10.21639/2313-6715.2021.2.3.

About article in English

Publication data

Prologue: Law Journal. – 2021. – №2. – Pp. 22 – 30.
ISSN 2313-6715. DOI: 10.21639/2313-6715.2021.2.3.
Received 02.04.2021, accepted 17.06.2021, available online 30.06.2021.

Abstaract

The purpose of this study is a general theoretical characterization of the discrediting factor in the mechanism of legal liability implementation. The authors indicate the negative impact of discrediting on the effectiveness of legal liability and, in general, the work of bodies and officials in bringing to justice and its implementation. Specific forms (manifestations) of discredit are named, and their analytical description is given in relation to the subject of study. The necessity of countering discrediting at various stages of the dynamics of responsibility, including law-making and subsequent law enforcement activities, is justified. The relationship between the quality of the general legal theory of legal responsibility and the interdisciplinary methodology is indicated. It is proposed to develop a scientific and legal strategy to expand the research tools for understanding the social and legal reality that develops around the organization and implementation of activities for the assignment of legal responsibility. Based on the specifics of the discrediting effect, the article discloses the specifics of the discrediting factor in relation to the system of law enforcement agencies directly involved in the mechanism of implementing legal liability. The authors use statistical data indicating the level of trust in the institutions of public power, taking into account the discrediting influence exerted on them, and formulate the basic guidelines for the intensification of a comprehensive fight against discredit in the mechanism of legal liability implementation.

Keywords

Discrediting factor; legal responsibility; legal responsibility implementation mechanism; law-making; law enforcement practice; law enforcement agencies.

Bibliographic description

Vorobyev S.M., Kusmin I.A. The Discrediting Factor in the Legal Responsibility Implementation Mechanism: General Theoretical Aspect [Faktor diskreditatsii v mekhanizme realizatsii yuridicheskoy otvetstvennosti: obshcheteoreticheskiy aspekt]. Prologue: Law Journal. 2021. Issue 2. Pp. 22 – 30. (In Russ.). DOI: 10.21639/2313-6715.2021.2.3.

Динамика юридической ответственности – сложный и многоступенчатый процесс, проходящий в своем развитии ряд стадий, на каждой из которых субъективная обязанность претерпеть наказание материализуется, приближая конкретного правонарушителя и общество к прогнозируемому и необходимому правоохранительному эффекту. Процессуальная (процедурная) составляющая динамики юридической ответственности выражена в механизме ее реализации, который находится под воздействием многочисленных социально-политических, идеологических и иных факторов, среди которых видное место занимает «фактор дискредитации»[1].

По нашему мнению, влияние дискредитирующего фактора способно снизить или даже нейтрализовать результативность юридической ответственности, извратить идею и цели данной правовой категории. В отличие от социологии, политологии, филологии и психологии в правовой науке данный фактор так и не получил должного обоснования и оценки, что является существенным пробелом для правоведения. В данной работе мы предпримем попытку выявить особенности влияния фактора дискредитации на реализацию юридической ответственности и сформулировать общие рекомендации по его минимизации/устранению.

В справочной литературе и повседневном употреблении термин «дискредитация» в целом трактуется единообразно, применительно к деятельности, подрывающей доверие к чему-либо или умаляющей чей-либо авторитет (значение) [см.: 1, с. 261], что предопределено этимологией самого слова, образованного от французского «discréditer» (опорочить, чернить, подрывать доверие). Между тем, качественная разнородность общественных отношений обуславливает множественность проявлений дискредитирующей деятельности, как в открытых, так и в закрытых (латентных), прямых и косвенных, публичных и частных, а также в иных формах. Так, взаимодействие субъектов при потенциально конфликтной ситуации непосредственно зависит от выбранной ими линии поведения, которая может привести к социальному конфликту или его предотвращению даже в условиях действия фактора дискредитации. Например, если лицо имеет цель дискредитировать кого-либо, то выбор часто делается в пользу прямой дискредитации с использованием ассертивных актов, содержащих негативные эмоционально-оценочные и негативные слова, сарказм и иронию. Косвенную дискредитацию используют также для манипуляций, когда дискредитируемое лицо уверено в дружеском расположении дискредитанта и некритично принимает его точку зрения [см.: 8, с. 454 − 455]. Д.В. Сиротин обоснованно отмечает, что возрастающий интерес к речевому манипулированию актуализирует и практики дискредитации оппонентов по избранной стратегии [см.: 9, с. 114 – 115].

Обратимся к специфике механизма реализации юридической ответственности и предпримем попытку охарактеризовать действие фактора дискредитации на различных стадиях динамики ответственности. Для этого сформулируем несколько опорных точек для наших размышлений.

Во-первых, нормативные решения, влияющие на систему юридической ответственности, могут быть дискредитированы как на этапе реализации правотворческой инициативы, так и на любой другой стадии правотворческого процесса. Так, Л.Б. Смирнов в ходе исследования форм влияния глобализации на трансформацию уголовно-исполнительной политики России обратился к содержанию теории кризиса уголовного наказания, которую предложил рассматривать в качестве инструмента «информационного воздействия, направленного на дискредитацию уголовного наказания и лишения свободы в особенности» [7, с. 330]. Подобная дискредитация рассматривается в контексте ослабления правоохранительной политики и органов, ведущих борьбу с преступностью, при том, что основными заинтересованными в либерализации наказания лицами являются реальные и потенциальные преступники. Дискредитация института юридической ответственности на уровне объективного права не относится напрямую к механизму возложения ответственности, но ее превентивный учет на практике не менее важен. В идеале, любые действия по дискредитации изменений в нормы института юридической ответственности должны пресекаться самым решительным образом еще на этапе складывания общественного мнения, с осознанием того, что в противном случае эффективность норм может снизиться также и на уровне субъективного права при реализации конкретных охранительных правоотношений. Здесь действует правило: «Дискредитация норм о юридической ответственности дискредитирует и практику их применения».

Во-вторых, при переходе юридической ответственности с уровня закона (ответственность в объективном смысле − в общих правоотношениях) на правоприменительный уровень (ответственность в субъективном смысле − в конкретных правоотношениях) фактор дискредитации проявляется, преимущественно, в процессуальных отношениях, опосредующих производство по делу о привлечении к ответственности. Так, белорусские исследователи В.К. Потапов и А.В. Солтанович рассматривают дискредитацию лица, осуществляющего расследование по уголовному делу в контексте основных форм противодействия расследованию, к которым прибегают подозреваемые и обвиняемые, чтобы суд признал полученные доказательства недопустимыми [6, с. 199 − 201]. Э.А. Васильев и Н.Н. Дьяченко уточняют, что «дискредитация считается одним из значимых инструментов сокрытия преступной деятельности» и гарантом ее существования, для которой привлекаются журналисты, блогеры, специалисты в области пиара, публичные лица (в т.ч. депутаты), общественные деятели, сотрудники правоохранительных органов и другие. При этом, в оборот вводится новая категория «механизма дискредитации правоохранительных органов» как часть общего механизма делегитимизации власти [2, с. 59].

В-третьих, на этапе возложения юридической ответственности и непосредственной реализации санкции в качестве основных объектов дискредитации обычно выступают органы и организации (должностные лица), которые принимают решение о назначении наказания и контролируют его исполнение. В целях снижения рисков по дискредитации правосудия в Концепции информационной политики судебной системы на 2020-2030 годы (одобренной 5 декабря 2019 г. на заседании Совета судей РФ) предлагается выработать правовые алгоритмы действий судебной системы для защиты судей «от тенденциозных публикаций, имеющих цель сформировать негативный образ судьи и оказать давление на суд». В документе отмечается актуализация проблемы «скандализации правосудия» посредством манипулирования общественным мнением для умаления авторитета (подрыва доверия) судебной власти и порождения беспорядочной и необоснованной ее критики. Вместе с тем, высказанная на заседании Совета Судей РФ идея о введении ответственности для представителей СМИ за попытки подобных манипуляций, была отклонена в пользу коммуникативных технологий и разработки стандартов информирования общественности через СМИ о деятельности судов. Относительно уголовно-исполнительной системы РФ, реализующей значительный объем уголовных наказаний в стране, проблематика дискредитации исследуется достаточно давно и является одной ключевых. Под дискредитацией уголовно-исполнительной системы нами предлагается понимать «деструктивную деятельность субъектов правоотношений, направленную на снижение доверия населения к деятельности учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания, посредством совершения дестабилизирующих их деятельность правонарушений» [4, с. 20].

Следовательно, фактор дискредитации может оказывать свое негативное воздействие на всех стадиях механизма реализации юридической ответственности, включая предшествующую правовую регламентацию и последующий социально-правовой эффект, который может быть выражен в увеличении числа правонарушений, росте рецидива и иных последствиях. Одновременно с этим мы призываем отказаться от вульгарного восприятия фактора дискредитации в системе юридической ответственности, и обращаем внимание на то обстоятельство, что он способен проявлять себя в отношении любых отраслевых видов ответственности и в различных срезах правовой реальности (в том числе, материально-правовом и процессуально-правовом). В конечном итоге, даже самое справедливое наказание, назначенное органом власти, деятельность которого была дискредитирована, не найдет должного отклика в обществе и не позволит выполнить важнейшие функции юридической ответственности и достичь ее целей [5. c. 75 − 76].

Динамика исследований юридической ответственности и состояние ее общеправовой теории неизменно демонстрируют «более чем скромное» обращение к междисциплинарной методологии для раскрытия связей ответственности с иными фрагментами социальной реальности (помимо юридической). Соответственно, выработка правовой стратегии преодоления имеющихся преград с использованием всего инструментария гуманитарной науки − единственно возможный подход в данной ситуации.

Действие фактора дискредитации в отношении системы правоохранительных органов, реализующих в государстве механизм юридической ответственности, следует рассматривать в качестве комплексного риска, распространение которого весьма неоднозначно. Эта специфика проявления дискредитации, связанная с действием последней в отношении правоохранительной системы и государств в целом, заключается в следующем.

Во-первых, правоохранительные органы являются государственными субъектами, представляют интересы суверенного государства и снижение уровня престижа и доверия к ним отрицательно сказывается на аналогичных показателях самого государства и органов государственной власти. Низкий уровень доверия среди населения к правоохранительным структурам очень тяжело впоследствии изменить и направить в сторону положительной динамики. Дискредитация может порождать разнообразные негативные последствия и тем самым развивать их в социальной действительности. Распространение неблагоприятных последствий дискредитации сказывается на престиже правоохранительных органов, обеспечении состояния законности и правопорядка.

Во-вторых, дискредитация внутри системы правоохранительных органов развивает социальные конфликты как в самой системе, так и за ее пределами на фоне сформировавшегося негативного мнения о правоохранительной системе среди населения. Например, конфликт между правоохранительными органами и институтами гражданского общества, а как следствие этого конфликта − усиление противоречий между гражданским обществом и государством. Так, председатель Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству А. А. Клишас справедливо, на наш взгляд, утверждает: «Мы нередко видим, как отдельные участники отношений зачастую пытаются представить работу правоохранительных и судебных органов как ангажированную, а все рассматриваемые процессы − политизированными. Подобные действия являются ничем иным, как злоупотреблением свободой выражения мнения в условиях, когда следственные действия, как правило, не придаются широкой огласке до выяснения всех обстоятельств произошедших событий в интересах надлежащего расследования. Осуществляемые умышленно или неумышленно, подобные действия, во всяком случае, негативно сказываются на доверии к правоохранительной системе. Информационная открытость является одной из важнейших предпосылок доверия к государственным органам, однако она не должна отражаться на эффективности выполнения ими своих общественно значимых функций. В противном случае это может привести к созданию излишних рамок и ограничений в деятельности публичных институтов, обусловленных вероятностью общественного порицания, которое не всегда связано с неправомерным характером деятельности конкретных должностных лиц»[2]. О. К. Вильяграса полагает, что политическая дискредитация зачастую связана с последствиями коррупции в обществе и последующим негативным воздействием на отношение граждан к политике и политикам в частности [11].

В-третьих, распространение дискредитации порождает развитие дисбаланса интересов среди населения и институтов гражданского общества. Данное обстоятельство способствует формированию состояния социальной напряженности. Население с настороженностью начинает воспринимать практическую деятельность, видя ее неэффективность в решении имеющихся государственных проблем борьбы с преступностью на фоне имеющих место случаев преступлений и правонарушений внутри правоохранительных органов. А. Вукурас и К. Костас указывают на несовершенство политической системы, в которой неограниченная политическая конкуренция является инструментом дисциплины, награждающим наименее коррумпированных политиков. Препятствиями для неограниченной политической конкуренции исследователи видят в повышении требований супербольшинства и идеологической приверженности отдельных лиц партийной идентичности [10]. Иными словами, нахождение баланса между публичными и частными интересами требует нелинейных и взвешенных подходов.

В-четвертых, последствия дискредитации имеют длительный, затяжной характер и напрямую сказываются на сознании граждан. В силу того, что негативные последствия совершенных преступлений и правонарушений со стороны сотрудников правоохранительных органов на длительный период времени остаются в памяти населения, они не проходят бесследно. Еще в 2014 году министр МВД России В.А. Колокольцев обратил внимание на то, что «полиция должна заслужить доверие граждан, поэтому с нарушениями в своих рядах борется жестко и принципиально. … Это доверие, – подчеркнул министр внутренних дел Российской Федерации, – сегодня нужно не завоевывать – у нас не война, не возвращать, поскольку многое уже потеряно. Это доверие нам нужно заслужить четким выполнением своего долга перед людьми, своей каждодневной, полезной и результативной службой обществу»[3]. Вместе с тем дискредитация как фактор дестабилизации правоохранительной системы носит хронодискретный, видоизменяющий характер с учетом складывающейся правоохранительной политики. Дело в том, что механизм дискредитации может изменяться со временем и адаптироваться к государственным мерам, связанным с реализацией целей и задач, стоящих перед правоохранительными органами в свете специфики правоохранительной политики.

В-пятых, последствия действия дискредитации влияют на развитие нигилистического поведения в виду неэффективных правоохранительных мер в системе государственного механизма защиты нарушенных прав и свобод человека и гражданина. Прямые и косвенные влияния указанного порядка нуждаются в дополнительных исследованиях и обосновании ввиду очевидности тезиса о взаимозависимости между деформацией правосознания и дискредитацией правовых явлений.

В-шестых, развитие дискредитации отрицательно сказывается на уровне мирового рейтинга самого государства и системы защищенности граждан посредством деятельности правоохранительных органов. Реакция международных организаций в сфере защиты прав человека на состояние уровня государственной защиты граждан, отражаемая в мировых рейтингах, может являться предметом обсуждения в виде специальных расследований, докладов в отношении анализируемой проблемы и зафиксированных фактов нарушений состояния законности и правопорядка. Так, в проведенном Левада-Центром социологическом исследовании в 2019 году, констатировалось, что в последние годы позиции России в рейтингах по главенству закона стагнировали или снижались. Например, по индексу World Justice Project Россия в 2019 году упала в рейтингах «главенства закона» на 4 пункта и заняла 94-ое место из 128 стран в списке. В рейтинге Freedom House, уровни главенства закона в России оцениваются на уровне 0 и 1 из 4 возможных баллов. За тринадцать лет социологических измерений – с 2006 по 2019 год – количество россиян, чувствующих себя под защитой закона, выросло почти в два раза – с 25 до 46%. В отношении системы правосудия в целом преобладают положительные оценки, однако перевес в пользу положительных ответов невелик. Обращение в суд и правоохранительные органы, как правило, не помогает восстановить уверенность россиян в защите закона. Попытки защитить свои права в суде, в полиции или иными способами не возвращают россиянам ощущение безопасности. Среди способов защиты прав наиболее эффективными считаются обращение в суд и помощь родственников. Чаще всего для этого люди обращаются в полицию и суд (15% и 12% россиян соответственно). Две трети опрошенных вообще никуда не обращались для защиты своих прав. В данном опросе россиянам также задавался более конкретный вопрос: ««Как вы думаете, можете ли вы сами или ваши близкие пострадать от произвола сотрудников правоохранительных органов?», и 51% ответили, что «это вполне может произойти», 15% ответили, что это уже происходило с ними. Только 23% ответили, что это «маловероятно» и лишь 8% заявили, что это совершенно исключено[4].

В-седьмых, развитие дестабилизации в деятельности правоохранительной системы посредством дискредитации способствует развитию условий для развития «цветных революций» с помощью применения технологий «мягкой силы», направленной, в том числе, на распространение дискредитации государства. Дестабилизация правоохранительной системы влияет на ее способность противостоять проявлениям противозаконных акций при осуществлении попыток государственного переворота.

В-восьмых, развитие дискредитации в правоохранительной системе способствует деморализации самих сотрудников и отрицательным образом влияет на формирование выстраивания их собственного негативного отношения, мнения к правоохранительной службе и ее последующего досрочного прекращения. Так, результаты исследования в 2018 г. ВЦИОМ показали, что главной инстанцией, куда россияне готовы обратиться, в случае если их права были нарушены, является прокуратура: ей доверяют 48% респондентов и 67% опрошенных представителей бизнеса. Второе и третье место по уровню доверия заняли МВД (21% среди граждан) и суды (53% среди предпринимателей). Полиции бизнес доверяет меньше: туда готовы обратиться только 24% предпринимателей. У граждан ниже в рейтинге расположились суды (14% респондентов), ФСБ (11%), Следственный комитет (9%), Росгвардия (5%) и Федеральная служба судебных приставов (3%). У бизнесменов – СКР (7%), ФСБ (3%), ФССП (2%) и Росгвардия (1%). При этом о существовании последней впервые слышат 15% опрошенных социологами[5]. По данным исследования ВЦИОМ, россияне в 2019 году более половины (54%) россиян в целом доверяют сотрудникам. Согласно результатам опроса, определенно доверяют полиции 13% респондентов и скорее доверяют 41%, при этом «скорее, не доверяю» ответили 21% россиян, а определенно не доверяют – 18%. Опрос также показал, что в целом хорошо работу полиции оценивают 36% россиян (очень хорошо – 4% и хорошо – 32%), средне оценили 47% респондентов, а плохо и очень плохо – 9% и 4% россиян. Представляют образ типичного полицейского более позитивным, чем семь лет назад. В частности, в целом опрятными служащих МВД РФ представляют 77% опрошенных (в 2012 году – 59%). Кроме того, неподкупными и честными полицейских видят 44% россиян (в 2012 году – 21%), а взяточниками – 23% в 2019 году (41% в 2012 году)[6].

Для субъектов правоохранительной деятельности и органов государственной власти в этой связи весьма важно будет знать причины и условия проявления коррупции. На наш взгляд, фактор дискредитации имеет неоднозначное проявление, находится в прямой зависимости от эпицентра его развития. В этой связи дискредитация может условно классифицироваться на две большие группы: внутренняя дискредитация и внешняя дискредитация. Внутренняя дискредитация как дестабилизирующий фактор правоохранительной системы представляет собой проявление недоверия со стороны субъектов общественных отношений, обусловленное выявленными нарушениями состояния законности и правопорядка со стороны субъектов правоохранительной деятельности. Внешняя дискредитация выражена в преднамеренных и спланированных действиях по распространению компрометирующей недостоверной информации со стороны иностранных акторов для создания и усиления недоверия к институтам государственной власти у российских граждан и мирового сообщества.

Соответственно, феномен дискредитации в нашем исследовании рассматривается в качестве деструктивной деятельности различных субъектов, направленной на снижение доверия общественных институтов к компетентным органам и должностным лицам, участвующим в процессе реализации юридической ответственности, в различных целях (включая негативное воздействие на уровень легитимности публичной власти и падение эффективности борьбы с правонарушениями).

По нашему глубокому убеждению, в основу комплексной борьбы с дискредитацией в механизме реализации юридической ответственности должны быть заложены следующие установки:

1) повышение открытости (подотчетности) работы органов и должностных лиц, участвующих в механизме реализации юридической ответственности, включая расширение прокурорского надзора за их следственной и оперативно-розыскной деятельностью;

2) усиление коммуникативных компетенций и в целом повышение профессионализма органов и должностных лиц, участвующих в механизме реализации юридической ответственности, разработка соответствующих программ повышения квалификация (переподготовки) при ведомственных образовательных организациях;

3) выработка и внедрение в деятельность правоохранительных органов и ведомственных образовательных организаций специальных педагогических технологий, обеспечивающих формирование стратегии и тактики противодействия дискредитации в деле о возложении юридической ответственности, исходя из общего понимания сложной социально-правовой природы последней;

4) издание совместного организационно-распорядительного документа Генеральной прокуратуры РФ, Следственного комитета РФ, Министерства внутренних дел, Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, Министерства юстиции, Федеральной службы безопасности РФ, Федеральной службы исполнения наказаний, Федеральной службы судебных приставов, Федеральной таможенной службы для реализации предыдущего пункта;

5) подготовка информационных, учебных, научных и специальных (методических) материалов по противодействию дискредитирующему поведению для широких слоев общественности, государственных и муниципальных органов и их должностных лиц, а также частных лиц, объясняющих содержание и антисоциальные последствия дискредитирующего поведения в процессе возложения и осуществления наказаний.

Сноски

Нажмите на активную сноску снова, чтобы вернуться к чтению текста.

[1] Для целей настоящего исследования будет рассмотрена исключительно государственно-принудительная форма реализации юридической ответственности, осуществляемая с участием правоохранительных органов.

[2] См.: Клишас А. А. Доверие к правоохранительным органам и судебной системе как основа взаимодействия общества и государства // Парламентская газета: официальный сайт. URL: https://www.pnp.ru/politics/doverie-k-pravookhranitelnym-organam-i-sudebnoy-sisteme-kak-osnova-vzaimodeystviya-obshhestva-i-gosudarstva.html (дата обращения: 30.03.2021).

[3] Колокольцев В. А. Полиция должна заслужить доверие граждан. Пресс-центр МВД России // МВД РФ: официальный сайт. URL: https://mvdrus.ru/news/3540-vladimir-kolokoltsev-politsiya-doljna.html (дата обращения: 30.03.2021).

[4] См.: Социологическое исследование «Верховенство права: Российское общественное мнение о правовой защищенности и возможности отстоять свои права» // Аналитический центр Юрия Левады «Левада-цент» : Официальный сайт. URL: https://www.levada.ru/2020/05/20/verhovenstvo-prava/ (дата обращения: 30.03.2021).

[5] Трунина А. ВЦИОМ составил рейтинг доверия россиян к силовым структурам. / А. Трунина, Е. Костина // РосБизнесКонсалтинг (РБК): сайт. URL: https://www.rbc.ru/society/22/05/2018/5b04004f9a7947693c8553c5 (дата обращения: 30.03.2021).

[6] Опрос показал, сколько россиян доверяют сотрудникам полиции // Сетевое издание РИА Новости. URL: https://www.ria.ru/20191106/1560637541.html (дата обращения: 30.03.2021).

Список использованной литературы

  1. Большой толковый словарь русского языка / гл. ред. С.А. Кузнецов. – Санкт-Петербург: «Норинт», 2000. – 1534 с.
  2. Васильев Э.А., Дьяченко Н.Н. Субъекты дискредитации сотрудников органов внутренних дел // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. − 2019. − № 4. − С. 56 − 60.
  3. Воробьев С. М. Дискредитация России: сущность, распространение, предотвращение (историко-правовое исследование) : монография. – Рязань : ИП Коняхин А.В. (Book Jet), 2018. – 430 с.
  4. Воробьев С.М. К вопросу о дискредитации деятельности уголовно-исполнительной системы // Человек: преступление и наказание. − 2016. − № 3. − С. 18 − 21.
  5. Кузьмин И.А. Функциональная природа юридической ответственности в системе правового регулирования // Вестник Университета прокуратуры Российской Федерации. − 2018. − № 5. − С. 71 − 77.
  6. Потапов В.К., Солтанович А.В. Дискредитация как одна из форм противодействия расследованию и способы ее нейтрализации // Проблемы укрепления законности и правопорядка: наука, практика, тенденции. − 2009. − №1. − С. 199 − 212.
  7. Правотворчество как индикатор правовых ценностей: внутригосударственное, наднациональное и международное измерения : коллективная монография / Под ред. И.Л. Честнова. − Санкт-Петербург: Астерион, 2018. – 532 с.
  8. Сиворакша М.А. Дискредитация как разновидность конфликтного общения // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. – 2007. – №44. – С. 452 – 457.
  9. Сиротин Д.В. Коммуникативная стратегия дискредитации в политическом дискурсе: стилистический аспект дискредитемы // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика. – 2019. – №5. – С. 113 – 122.
  10. Aristotelis B., Kostas K. Political Competition, Ideology and Corruption // Courant Research Centre: Poverty, Equity and Growth. Discussion Papers. – 2011. – № 58. – Pp. 1 – 44. – URL: https://dx.doi.org/10.2139/ssrn.1087777 (03.03.2021).
  11. Villagrasa O.K. Corruption and Urban Issues: Comments on the Social Consequences about Political Discredit // TransJus Working Papers. – 2017. – No 3. – URL: https://ssrn.com/abstract=2968503 (03.03.2021).

References

  1. Great Dictionary of Russian Language; chief ed. S.A. Kuznetsov [Bol’shoy tolkovyy slovar’ russkogo yazyka]. St. Petersburg, 2000. 1534 p. (In Russ.).
  2. Vasiliev E.A., Dyachenko N.N. Subjects of Discrediting Employees of Internal Affairs Bodies [Sub»yekty diskreditatsii sotrudnikov organov vnutrennikh del]. Yuridicheskaya nauka i praktika: Vestnik Nizhegorodskoy akademii MVD Rossii – Legal Science and Practice: Journal of Nizhny Novgorod Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2019. Issue 4. Pp. 56 − 60. (In Russ.). DOI: 10.36511/2078-5356-2019-4-56-60.
  3. Vorobiev S.M. Discrediting Russia: Essence, Distribution, Prevention (Historical and Legal Research) [Diskreditatsiya Rossii: sushchnost’, rasprostraneniye, predotvrashcheniye (istoriko-pravovoye issledovaniye)]. Ryazan, 2018. 430 p. (In Russ.).
  4. Vorobiev S.M. On the Issue of Discrediting the Activities of the Penitentiary System [K voprosu o diskreditatsii deyatel’nosti ugolovno-ispolnitel’noy sistemy]. Chelovek: prestupleniye i nakazaniye – Human: Crime and Punishment. Issue 3. Pp. 18 − 21. (In Russ.).
  5. Kuzmin I.A. Functional Nature of Legal Liability in the System of Legal Regulation [Funktsional’naya priroda yuridicheskoy otvetstvennosti v sisteme pravovogo regulirovaniya]. Vestnik Universiteta prokuratury Rossiyskoy Federatsii – Bulletin of the University of the Prosecutor’s Office of the Russian Federation. Issue 5. Pp. 71 − 77. (In Russ.).
  6. Potapov V.K., Soltanovich A.V. Discrediting as One of the Forms of Opposition to the Investigation and Ways to Neutralize It [Diskreditatsiya kak odna iz form protivodeystviya rassledovaniyu i sposoby yeye neytralizatsii]. Problemy ukrepleniya zakonnosti i pravoporyadka: nauka, praktika, tendentsii – Problems of Strengthening the Rule of Law and the Legal Order: Science, Practice, Trends. 2009. Issue 1. Pp. 199 − (In Russ.).
  7. Lawmaking as an Indicator of Legal Values: Domestic, Supranational and International Dimensions; ed. by I.L. Chestnova [Pravotvorchestvo kak indikator pravovykh tsennostey: vnutrigosudarstvennoye, nadnatsional’noye i mezhdunarodnoye izmereniya]. St. Petersburg, 2008. 532 p. (In Russ.).
  8. Sivoraksha M.A. Discredit as a Form of Conflictive Communication [Diskreditatsiya kak raznovidnost’ konfliktnogo obshcheniya]. Izvestiya Rossiyskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta im. A.I. Gertsena – Izvestia: Herzen University Journal of Humanities and Sciences. 2007. Issue Pp. 452 – 457. (In Russ.).
  9. Sirotin D.V. Communicative Strategy of Discrediting in Political Discourse: Discrediteme Stylistic Aspect [Kommunikativnaya strategiya diskreditatsii v politicheskom diskurse: stilisticheskiy aspekt diskreditemy]. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo oblastnogo universiteta. Seriya: Lingvistika – Bulletin of the Moscow Region State University. Series: Linguistics. 2019. Issue 5. Pp. 113 – 122. (In Russ.). DOI: 10.18384/2310-712X-2019-5-113-122.
  10. Aristotelis B., Kostas K. Political Competition, Ideology and Corruption. Courant Research Centre: Poverty, Equity and Growth. Discussion Papers. 2011. Issue 58. Pp. 1 – 44. (In Eng.). DOI: http://dx.doi.org/10.2139/ssrn.1087777.
  11. Villagrasa O.K. Corruption and Urban Issues: Comments on the Social Consequences about Political Discredit. TransJus Working Papers. 2017. Issue 3. (In Eng.).