Написать в редакцию

Написать в редакцию

Заполните все поля формы и нажмите «Отправить»

  • +7 (3952) 79-88-99
  • konf38rpa@yandex.ru

Сравнительный анализ религиозных ценностей в конституциях России и Казахстана

Пролог: журнал о праве / Prologue: Law Journal. – 2018. – № 4.
ISSN 2313-6715. DOI: 10.21639/2313-6715.2018.4.3.
Дата поступления: 30.11.2018.

В статье с использованием сравнительно-правового метода предпринята попытка проанализировать содержательные и юридико-технические аспекты фиксации в тексте конституции социально-правовых ценностей, связанных с национальной самоидентификацией, этнической принадлежностью граждан и вероисповеданием (отношением к религии), в двух многонациональных, многоконфессиональных, светских государствах – Казахстане и России. Рассмотрены также юридические механизмы реализации названных ценностей в социальных практиках, основы функционирования соответствующих институтов гражданского общества и перспективы сотрудничества двух стран в сферах межнациональных и религиозных отношений в правовом аспекте.

Конституция Республики Казахстан; Конституция РФ; социально-правовые ценности; национальные отношения; религиозные отношения; сравнительно-правовое исследование.

Шаламова А.Н. Сравнительный анализ религиозных ценностей в конституциях России и Казахстана // Пролог: журнал о праве / Prologue: Law Journal. – 2018. – № 4.

Информация о статье

Пролог: журнал о праве / Prologue: Law Journal. – 2018. – № 4.
ISSN 2313-6715. DOI: 10.21639/2313-6715.2018.4.3.
Дата поступления: 30.11.2018.

Аннотация

В статье с использованием сравнительно-правового метода предпринята попытка проанализировать содержательные и юридико-технические аспекты фиксации в тексте конституции социально-правовых ценностей, связанных с национальной самоидентификацией, этнической принадлежностью граждан и вероисповеданием (отношением к религии), в двух многонациональных, многоконфессиональных, светских государствах – Казахстане и России. Рассмотрены также юридические механизмы реализации названных ценностей в социальных практиках, основы функционирования соответствующих институтов гражданского общества и перспективы сотрудничества двух стран в сферах межнациональных и религиозных отношений в правовом аспекте.

Ключевые слова

Конституция Республики Казахстан; Конституция РФ; социально-правовые ценности; национальные отношения; религиозные отношения; сравнительно-правовое исследование.

Библиографическое описание

Шаламова А.Н. Сравнительный анализ религиозных ценностей в конституциях России и Казахстана // Пролог: журнал о праве / Prologue: Law Journal. – 2018. – № 4.

About article in English

Publication data

Prologue: Law Journal. –2018.–№ 4.
ISSN 2313-6715. DOI: 10.21639/2313-6715.2018.4.3.
Submission date: 30.11.2018.

Abstaract

The author, using the comparative law method, attempts to analyze the content and legal and technical aspects of fixation of the social and legal values associated with national identity, ethnicity of citizens and religion (attitude to religion) in two multinational, multireligious, secular States – Kazakhstan and Russia in the text of the Constitution. The article examines some legal mechanisms for the implementation of these values in social practices, the foundations of the functioning of the relevant institutions of civil society and the prospects of cooperation between the two countries in the areas of interethnic and religious relations.

Keywords

Constitution of the Republic of Kazakhstan, the Constitution of the Russian Federation; social and legal values; national relations; religious relations; comparative law research.

Bibliographic description

Shalamova A.N. A comparative analysis of religious values in the constitutions of Russia and Kazakhstan // Prologue: Law Journal. – 2018. – № 4.

Конституция государства представляет собой явление уникальное. Являясь юридическим документом – основным законом, составляющим фундамент правовой системы, она в то же время выступает документом отчасти и политическим, декларируя основные политические принципы и фиксируя элементы политической системы, и идеологическим, определяя основные нравственно-идеологические векторы развития, конституируя общепризнанные человеческие ценности, которые в результате приобретают характер ценностей социально-правовых. Именно поэтому проведение сравнительно-правового исследования по данному вопросу представляется актуальным и востребованным.

Принципиальным отличием двух конституций, которое уже многократно обсуждалось в юридической литературе, является то, что гл. 1 Конституции Республики Казахстан[1] называется «Общие положения», а в названии аналогичной главы Конституции РФ[2] подчеркнуто, что в ней зафиксированы именно «Основы конституционного строя» России. Светскость государства провозглашена в ч. 1 ст. 1 Конституции Республики Казахстан (одним перечнем наряду с такими характеристиками как демократическое, правовое и социальное государство). В Конституции РФ светскость выделена в качестве самостоятельной основы конституционного строя, которому посвящена отдельная статья конституционного текста – ст. 14. Причем авторы текста российского основного закона сочли необходимым не только продекларировать светский характер государственности, но и дать пояснения по этому поводу: «1. Российская Федерация – светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. 2. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом». В этом отношении Конституция новой России в большей степени восприняла традицию конституций советского периода. В ст. 52 Конституции СССР 1977 г.[3] в связи со свободой совести были сформулированы основные политико-правовые постулаты «советской светскости»: «Возбуждение вражды и ненависти в связи с религиозными верованиями запрещается. Церковь в СССР отделена от государства и школа – от церкви». Вместе с тем, в Конституции Республики Казахстан осуществлено более детальное конституционно-правовое регулирование структуры гражданского общества в части религиозных организаций. Во-первых, установлен запрет на деятельность политических партий, созданных на религиозной основе (ч. 4 ст. 5), во-вторых – ограничение следующего содержания: «Деятельность иностранных религиозных объединений на территории Республики, а также назначение иностранными религиозными центрами руководителей религиозных объединений в Республике осуществляются по согласованию с соответствующими государственными органами Республики» (ч. 5 ст. 5). Ничего подобного в Конституции РФ нет, правовое регулирование соответствующих отношений находится в сфере скорее административно-правовой, нежели конституционной. Так, запрет на деятельность политических партий, созданных на религиозной основе, тоже существует, но зафиксирован он в Федеральном законе «О политических партиях» от 11 июля 2001 г. № 95-ФЗ[4] (ч. 3 ст. 9): «Не допускается создание политических партий по признакам профессиональной, расовой, национальной или религиозной принадлежности». Впрочем, в соответствующем законе Республике Казахстан присутствует практически аналогичная норма (здесь только более четко отграничены друг от друга понятия «национальность» и «этнос»): «Не допускается создание политических партий по признакам профессиональной, расовой, национальной, этнической и религиозной принадлежности граждан»[5]. Разница заключается в том, что российский законодатель счел необходимым в самом законе дать пояснение – что понимается под признаками профессиональной, расовой, национальной или религиозной принадлежности: это указание в уставе и программе политической партии целей защиты профессиональных, расовых, национальных или религиозных интересов, а также отражение указанных целей в наименовании политической партии.

В положениях двух Конституций, устанавливающих принцип политического, идеологического и духовного разнообразия, присутствуют схожие исключительные-запрещающие нормы антиэкстремистского назначения. Однако данная норма Конституции Республики Казахстан несколько отличается от российской, отражая казахстанский историко-этнический колорит: если в РФ запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни (ч. 5 ст. 13), то в Республике Казахстан к тому же еще «сословной и родовой» (ч. 3 ст. 5, ч. 3 ст. 20).

В ч. 2 ст. 1 Конституции Республики Казахстан среди «принципов деятельности Республики» назван «казахстанский патриотизм». В тексте российской Конституции подобного положения, к сожалению, не существует. Кроме того, здесь нет положения, аналогичного норме ч. 2 ст. 39 Конституции Республики Казахстан, напрямую направленной на охрану национального мира и согласия как конституционной ценности: «Признаются неконституционными любые действия, способные нарушить межнациональное и межконфессиональное согласие».

В ценностный ряд «национальных» конституционных положений следует включить также нормы, регламентирующие вопросы государственного языка и национальных языков: это ст. 7 Конституции РК и ст. 68 Конституции РФ.

В связи с федеративным государственно-территориальным устройством значительное правое регулирование, имеющее ценностный подтекст, можно обнаружить в нормах Конституции РФ, посвященных национальным субъектам федерации, прежде всего статусу республик в ее составе. Кроме того, в РФ в текст Конституции включена норма о гарантиях со стороны государства прав коренных малочисленных народов (ст. 69). В унитарном Казахстане таких норм Конституция не содержит. И еще одно существенное отличие: в российской Конституции сделан более четкий акцент на национально-ценностный характер земли и природных богатств: «… земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в РФ как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории» (ч. 1 ст. 9). Зато в Республике Казахстан национально-этнический аспект более детально представлен в системе формирования органов государственной власти: 15 депутатов Сената назначаются Президентом с учетом необходимости обеспечения представительства национально-культурных и иных значимых интересов общества, а 9 из 107 депутатов Мажилиса избираются Ассамблеей народа Казахстана – консультативно-совещательным органом, задачей которого является способствование разработке и реализации государственной национальной политики. Присутствует национально-исторический элемент и в устройстве местных органов власти (маслихаты, акимы).

Наконец, основной корпус норм, связанных с национальными и религиозными ценностями, заключен в двух рассматриваемых конституциях в тех разделах, которые посвящены правам и свободам человека и гражданина. Это полностью соответствует приоритету по отношению ко всем прочим ценностям человека, его прав и свобод, их абсолютности и неотчуждаемости, которые в провозглашены в двух странах (ч. 1 ст. 1, ч. 2 ст. 12 Конституции Республики Казахстан, ст.ст. 2 и 18 Конституции РФ). В РК к таким нормам следует отнести положения ч. 2 ст. 14, ст. 19, 22; в РФ – ч. 2 ст. 19, 26, 28, ч. 2 ст. 29. Существенная разница в данном случае наблюдается в отдельных формулировках норм. Так, в РФ провозглашено: «Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания» (ст. 28) – именно так, через запятую, что вызывает многочисленные дискуссии ученых по поводу соотношения двух этих категорий: «свобода совести» и «свобода вероисповедания». В Конституции Республики Казахстан формулировка более лаконична: «Каждый имеет право на свободу совести» (ч. 1 ст. 22).

Таким образом, проведенное сравнение отдельных положений конституций двух государств демонстрирует достаточно разные содержательные подходы к закреплению в них национальных (этнических) и религиозных ценностей, как «терминальных», так и «инструментальных». Авторами конституционных текстов зачастую использованы различные технико-юридические приемы для фиксации соответствующих положений. Еще больше отличий можно обнаружить в тех актах законодательства, которые развивают рассмотренные конституционные положения, формируют юридические механизмы реализации названных ценностей в социальных практиках, основы функционирования соответствующих институтов гражданского общества. Здесь объем материала для сравнительного исследования огромен, достаточно для примера сопоставить два ценностно-ориентированных фрагмента из преамбул двух законов, устанавливающих правовые основы взаимоотношений государства, верующих граждан и религиозных организаций. Республика Казахстан «… признает историческую роль ислама ханафитского направления и православного христианства в развитии культуры и духовной жизни народа, уважает другие религии, сочетающиеся с духовным наследием народа Казахстана»[6]. В РФ соответствующий закон принят «… признавая особую роль православия в истории России, в становлении и развитии ее духовности и культуры, уважая христианство, ислам, буддизм, иудаизм и другие религии, составляющие неотъемлемую часть исторического наследия народов России»[7]. Помимо «религиозного» законодательства важнейшие ценностные моменты заключены в законодательстве об образовании (в части религиозного образования и языка, на котором ведется преподавание), в законодательстве о культуре и других отраслевых и комплексных законодательных массивах.

Анализ ценностного ряда казахстанского конституционного законодательства позволяет выявить стратегическую направленность на построение полиэтнической, но монолитной нации, в фундаменте которой находится государствообразующая казахская национальность, формирование гражданского общества на базе ведущего этноса. Соответственно, в основе социально-правовых ценностей казахстанского общества лежат общественные явления и оценки этих явлений со стороны общества, обусловленные казахской национальной культурой. Что касается религиозной сферы, то ислам здесь «не покидает своей канонической почвы», и по оценкам специалистов «Приоритетным направлением стратегии развития отношений государства с религиозными объединениями для Республики Казахстан в настоящее время являются усилия по недопущению религиозного экстремизма» [1, с. 7]. Эти обстоятельства нельзя не учитывать, выстраивая межгосударственное и межобщественное общение, межкультурный диалог. В том числе выстраивая их в юридическом отношении.

Разница в конституционно-правовом регулировании в большинстве случаев объясняется не концептуальными отличиями в ценностных подходах и оценках (они как раз одинаковые или очень схожие, за исключением отдельных исторически обусловленных моментов). Отличия в основном имеют технико-юридический характер. Однако они могут вызвать разные прочтения, взаимное недопонимание, создать сложности для граждан и организаций в общении по поводу национальных и религиозных ценностей. Вместе с тем, два многонациональных, многоконфессиональных, светских государства – Казахстан и Россия, и их народы, тесно сотрудничают между собой в рассматриваемых сферах как в плане межкультурных обменов, обеспечения конструктивного общения между соответствующими институтами гражданского общества, развития межличностных коммуникаций, бизнеса, туризма, образования, науки, спорта и т. п., так и в плане противодействия деструктивным явлениям, прежде всего националистическому и религиозному радикализму, экстремизму и его крайнему проявлению – терроризму. Последний из названных аспектов нами был ранее подробно рассмотрен в отдельной публикации [1]. Поэтому детальные сравнительные исследования текстов источников конституционного права в данной области имеют большую практическую значимость, актуальны и необходимы для организации соответствующих государственно-правовых практик и международных отношений. В настоящей статье была предпринята попытка обозначить в сравнительном аспекте основные элементы связанного с национальными (этническими) и религиозными ценностями конституционно-правового регулирования, требующие дальнейшего детального исследования.

Сноски

Нажмите на активную сноску снова, чтобы вернуться к чтению текста.

[1] Конституция Республики Казахстан : принята на республиканском референдуме 30 авг. 1995 г. // Ведомости Парламента РК. – 1996. – № 4. – Ст. 217.

[2] Конституция Российской Федерации : принята всенародным голосованием 12 дек. 1993 г. // СЗ РФ. –2014. – № 31. – Ст. 4398.

[3] Конституция (Основной Закон) Союза Советских Социалистических Республик : принята ВС СССР 07 окт. 1977 г. // Ведомости ВС СССР. – 1977. – № 41. – Ст. 617.

[4] О политических партиях : федер. закон от 11 июля 2001 г. № 95-ФЗ // СЗ РФ. – 2001. – № 29. – Ст. 2950.

[5] О политических партиях : закон Республики Казахстан от 15 июля 2002 г. № 344 // Ведомости Парламента РК. – 2002. – № 16. – Ст. 153.

[6] О религиозной деятельности и религиозных объединениях : закон Республики Казахстан от 11 окт. 2011 г. № 483-IV // Ведомости Парламента РК. – 2011. – № 17. – Ст. 135.

[7] О свободе совести и о религиозных объединениях : федер. закон от 26 сент. 1997 г. № 125-ФЗ // СЗ РФ. – 1997. – № 39. – Ст. 4465.

Список использованной литературы

  1. Амандыкова С. К., Искакова И. Е. Правовое регулирование деятельности религиозных объединений в Республике Казахстан: современное состояние и накопленный опыт // Вестник КарГУ. Серия Право. 2015. № 1. С. 9–19.

References

  1. Amandykova S.K., Iskakova I.E. Legal regulation of the activities of religious associations in the Republic of Kazakhstan: current status and accumulated experience [Pravovoe regulirovanie deyatel’nosti religioznyh ob»edinenij v Respublike Kazahstan: sovremennoe sostoyanie i nakoplennyj opyt]. Vestnik Karagandinskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya Pravo. – Bulletin of Karagadi State University. Right. 2015. Issue 1. Pp. 9–19. (In Russ.).