Написать в редакцию

Написать в редакцию

Заполните все поля формы и нажмите «Отправить»

  • +7 (3952) 79-88-99
  • konf38rpa@yandex.ru

Криминальный рынок опасных пестицидов и агрохимикатов (на примере Иркутской области)

В статье описываются результаты исследования криминального рынка опасных для жизни и здоровья пестицидов и агрохимикатов, а также выращенной с их применением плодовоовощной продукции, которое проводилось в Иркутской области. В ходе исследования были определены и описаны его характерные черты и специфические особенности. Установлено, что развитию криминального рынка опасных для жизни и здоровья пестицидов и агрохимикатов, а также выращенной с их применением плодовоовощной продукции способствует отсутствие должного контроля, в первую очередь, за использованием земель со стороны органов власти; неэффективная политика государства в сфере сельского хозяйства, а также различия в аграрном законодательстве Российской Федерации и Китая (страны, граждане которой преимущественно занимаются применением на территории России опасных для жизни и здоровья пестицидов и агрохимикатов, используемых для выращивания плодоовощной продукции).

криминальный рынок; пестициды; агрохимикаты; нелегальная миграция

Информация о статье
Аннотация

В статье описываются результаты исследования криминального рынка опасных для жизни и здоровья пестицидов и агрохимикатов, а также выращенной с их применением плодовоовощной продукции, которое проводилось в Иркутской области. В ходе исследования были определены и описаны его характерные черты и специфические особенности. Установлено, что развитию криминального рынка опасных для жизни и здоровья пестицидов и агрохимикатов, а также выращенной с их применением плодовоовощной продукции способствует отсутствие должного контроля, в первую очередь, за использованием земель со стороны органов власти; неэффективная политика государства в сфере сельского хозяйства, а также различия в аграрном законодательстве Российской Федерации и Китая (страны, граждане которой преимущественно занимаются применением на территории России опасных для жизни и здоровья пестицидов и агрохимикатов, используемых для выращивания плодоовощной продукции).

Ключевые слова

криминальный рынок; пестициды; агрохимикаты; нелегальная миграция

Библиографическое описание

About article in English

Publication data
Abstaract

The paper describes the results of researching the criminal market of pesticides and agrochemicals harmful for human life and health as well as fruit and vegetables grown with them. The research was conducted in Irkutsk region, it determined and described the market’s characteristics and specific features. The authors found out that the development of the criminal market of hazardous pesticides and agrochemicals as well as agricultural products grown with them is facilitated by the absence of due control, primarily, control over land use on the part of governmental bodies; inefficient state agricultural policy; differences in the agricultural legislation of the Russian Federation and China (this is the country whose citizens are primarily involved in using hazardous pesticides and agrochemicals for growing fruit and vegetables in Russia).

Keywords

criminal market; pesticides; agrochemicals; illegal migration

Bibliographic description

Становлению регионального криминального рынка опасных для жизни и здоровья человека пестицидов и агрохимикатов, а также выращенной с их использованием плодовоовощной продукции в значительной мере способствовало проведение аграрной реформы (с 1991 г.) без достаточной правовой проработки при минимальном вмешательстве государства. Это привело к повсеместному спаду сельскохозяйственного производства. В первой половине 90-х гг. XX в. наблюдалась массовая перерегистрация колхозов и совхозов с изменением их статуса. Вновь образованные хозяйствующие субъекты не стремились использовать большие земельные массивы по причине нехватки материально-технических средств и трудовых ресурсов. Как следствие этого процесса, невостребованные сельскохозяйственные земли стали привлекательны для незаконного занятия и строительства теплиц для выращивания плодовоовощной продукции. Чаще всего такие захваты происходят со стороны граждан КНР, а также граждан РФ китайского происхождения. Учитывая, что Восточная Сибирь (как и Дальний Восток, где ситуация аналогична) является регионом, расположенным вблизи границ Китайской Народной Республики поэтому значительная часть местных мигрантов — это граждане КНР. Земледелие же в Китае активно развивается, эта страна является крупнейшим в мире производителем овощей, фруктов и всевозможных удобрений для активации их роста[1]. Именно поэтому многие мигранты из КНР (как легальные, так и нелегальные), а также граждане РФ китайского происхождения выбирают в качестве вида деятельности в России сельское хозяйство. Стоит отметить при этом, что нелегальными мигрантами, как правило, являются граждане из малообеспеченных слоев населения, уровень их образования довольно низок, а знание русского языка и законодательства отсутствует в принципе. Этот факт во многом объясняет повсеместное применение гражданами Китая запрещенных в России пестицидов и агрохимикатов, так как в Китае запретов на их использование практически нет.

Кроме того, оформить права на земельный участок иностранному гражданину зачастую не так просто, особенно если речь идет о землях сельскохозяйственного назначения. Указанные обстоятельства в совокупности ведут к тому, что граждане Китая осуществляют сельскохозяйственную деятельность на территории России незаконно либо с существенными нарушениями.

Одной из основных проблем, возникших вследствие этого, стало применение при выращивании сельскохозяйственной продукции пестицидов и агрохимикатов с игнорированием всех установленных норм ради получения прибыли за счет реализации опасных для человека овощей и фруктов. Указанные обстоятельства способствовали развитию на территории региона криминального рынка пестицидов и агрохимикатов. Под криминальным рынком понимается объективно существующее, общественно опасное явление, представляющее собой предложение определенного вида преступной деятельности, обусловленное спросом на нее, а также вовлечение в эту деятельность различных социальных групп, позволяющее обеспечивать ее осуществление, сопровождающееся получением субъектами данной деятельности неконтролируемых государством доходов [3, с. 80].

Анализ результатов, полученных в ходе исследования, позволил выделить специфические черты криминального рынка.

Первой характерной особенностью является происхождение опасных пестицидов и агрохимикатов, не включенных в Государственный каталог пестицидов и агрохимикатов, разрешенных к применению на территории РФ, и используемых при выращивании плодовоовощной продукции в Иркутской области.

Так, в ходе проверок, проводимых Управлением Россельхознадзора, практически повсеместно выявляются пестициды и агрохимикаты китайского производства, запрещенные к применению и поступающие нелегально на территорию России[2]. Например, в 2011 г. при проверке 34 сельскохозяйственных предприятий в обороте выявили 38 кг препаратов производства КНР, не разрешенных к использованию на территории России, в том числе 1 и 2 класса опасности[3]. Такие вещества попадают на территорию страны вместе с иными товарами производства КНР. В ряде случаев ввозимые партии товаров, среди которых находятся пестициды и агрохимикаты, являются легальными — опасные вещества в них провозятся в той же упаковке, что и основной товар. В КНР производятся также и пестициды, не являющиеся запрещенными к применению на территории РФ согласно Государственному каталогу пестицидов и агрохимикатов, поскольку не опасны для жизни и здоровья человека, а также экологии. В этой связи, таможенные органы зачастую не могут выявить опасные вещества среди неопасных (легальных) удобрений, так как не обладают специальными познаниями в данной сфере.

Второй особенностью криминального рынка оказывается то, что применение опасных пестицидов и агрохимикатов в подавляющем большинстве случаев совершается самими же гражданами КНР, занимающимися данной деятельностью и являющимися при этом нелегальными мигрантами[4].

Указанная категория лиц является одним из основных элементов криминального рынка рабочей силы и состоит из мигрантов-нероссиян, не имеющих разрешения на легальное трудоустройство в России. Именно нелегальный статус этих людей обуславливает их занятость в сфере криминального рынка, а социальная незащищенность повышает вероятность криминальной эксплуатации их труда. Объем криминального рынка рабочей силы невозможно определить точно, поскольку он является скрытым и находится вне поля какой-либо регистрации, однако по оценкам специалистов доля регистрируемой трудовой миграции в России не превышает 10–15 % от реального числа прибывающих на работу мигрантов [1, с. 36]. При этом абсолютное число нелегальных мигрантов ежегодно увеличивается, о чем свидетельствуют растущие показатели количества лиц, задерживаемых органами миграционной службы. К сожалению, официально регистрируемая миграция не отражает картины реальной миграции на территории Иркутской области. Специалисты, контролирующие миграционную ситуацию, характеризуют ее как критическую, степень латентности уровня которой оценить достаточно трудно в силу отсутствия оптимальных механизмов контроля за регистрацией прибывающих на территорию РФ иностранных граждан [3, с. 169].

В России сформировалась определенная практика проникновения и расселения мигрантов из КНР, а также их интенсивная интеграция в экономику таких регионов, как Сибирь и Дальний Восток. Нелегальная миграция — один из видов деятельности организованной преступности, которая, с одной стороны, использует мигрантов как рабочую силу в сфере теневого и криминального бизнеса, а также, при необходимости, для совершения ряда преступлений, а с другой, получает прибыль за саму организацию процесса нелегальной миграции [Там же, с. 170].

Проведенными ранее исследованиями установлено, что создание каналов незаконной миграции в Россию из стран Азиатско-Тихоокеанского региона стало возможным благодаря взаимодействию организованной преступности, использованию ее транснациональных связей. По размерам получаемой прибыли, масштабам нелегальной предпринимательской деятельности из числа иностранных этнических организованных преступных групп (ОПГ) наиболее ощутимо в регионе присутствие китайской мафии — «триад». Китайские «триады» представляют собой гибкую сетевую систему, структура которой зависит от осуществления того или иного вида преступной деятельности. Нелегальная миграция является одной из транснациональных форм преступной деятельности, наиболее распространенной среди китайских «триад» [2, с. 42].

Из опросов граждан КНР, нелегально занятых на производстве овощной продукции в Иркутской области, следует, что в большинстве случаев (84 %) мигранты прибыли в Россию именно для работы в сельском хозяйстве. Пересечение границы и дальнейшее их трудоустройство организовывалось людьми, предложившими работу. В половине изученных случаев — это граждане России, в том числе китайского происхождения, проживающие на территории РФ, в иных случаях — граждане КНР, находившиеся на территории Китая. Более подробную информацию респонденты предоставить отказались.

Таким образом, можно с уверенностью утверждать, что нелегальные мигранты, прибывающие в Россию для выращивания плодовоовощной продукции, прибегают к услугам ОПГ, специализирующихся на организации незаконной миграции. Об этом свидетельствует также следующее обстоятельство. Полномочия по осуществлению контроля за соблюдением миграционного законодательства возложены на Управление федеральной миграционной службы по Иркутской области. Проанализировав материалы правоприменительной практики данного управления, выявили, что зачастую лиц, привлекавших иностранных рабочих к осуществлению трудовой деятельности, установить невозможно, так как приглашающая сторона согласно документам находится в других субъектах РФ (г. Благовещенск, г. Москва, г. Екатеринбург, г. Санкт-Петербург, г. Улан-Удэ и т. д.). Вместе с тем, на обращения Управления федеральной миграционной службы по Иркутской области, направленные в другие регионы, о необходимости принятия мер к приглашающим сторонам, допустившим нарушения миграционного законодательства, как правило, поступают сведения о том, что фирмы, оформившие приглашения, по указанным в регистрационных документах адресам не расположены, фактически не осуществляют свою деятельность либо ликвидированы — иными словами, являются фирмами «однодневками», активно пользующимися ОГП для различных нужд.

Еще одной характерной чертой криминального рынка является сбыт произведенной продукции.

Выращенная плодовоовощная продукция реализуется в основном на местных рынках (в пределах региона). Это обусловлено тем, что несмотря на довольно большое количество невостребованных земель сельскохозяйственного назначения, которые охотно занимают и используют нелегальные мигранты из КНР, климатические условия Восточной Сибири не позволяют производить плодовоовощную продукцию в промышленных масштабах, пригодных для реализации в другие субъекты РФ, и тем более, другие страны, — ее объемов достаточно лишь для насыщения «внутреннего» регионального рынка. Потребитель, как правило, не осознает, что приобретает опасный для жизни и здоровья продукт, так как выявить содержание запрещенных химических веществ в овощах и фруктах возможно только в лабораторных условиях. Подобные исследования проводятся Управлением Роспотребнадзора по Иркутской области: каждая вторая проверка прилавков магазинов и рынков выявляет некачественную продукцию. Например, только за 6 месяцев 2010 г. Управлением Роспотребнадзора по Иркутской области снято с реализации и уничтожено 216 партий овощей объемом 4619 кг и 38 партий плодов объемом 624 кг. Согласно имеющимся сопроводительным документам вся продукция была местного производства и содержала запрещенные к применению на территории России пестициды[5]. Круг лиц, приобретающих эту продукцию, довольно широк — это как обычные граждане, покупающие товары для собственного потребления, так и крупные торговые сети, осуществляющие дальнейшую реализацию партий овощей и фруктов.

Путей сбыта выращенной некачественной продукции несколько:

– розничная продажа самими производителями на стихийных (несанкционированных) рынках, возникающих, как правило, в летний период, т. е. в качестве продавца выступает кто-то из граждан КНР, занятых на этом же сельскохозяйственном производстве. Такой способ реализации применяется небольшими хозяйствами, имеющими незначительный объем выращенной продукции (27 %);

– перепродажа урожая гражданам РФ часто пенсионного возраста, которые торгуют им на «сезонных» рынках, выдавая за свой товар, произведенный в подсобном хозяйстве (32 %);

– реализация товара в крупные торговые сети (рынки и магазины) — к такому способу прибегают более крупные сельские хозяйства, в которых трудятся нелегальные мигранты из КНР (41 %). В данном случае рынки и крупные магазины работают официально и, соответственно, приобретают для реализации продукцию у зарегистрированных юридических лиц либо индивидуальных предпринимателей. Эти субъекты составляют еще одно звено в цепочке «производитель — рынок — потребитель». Такие фирмы-посредники позиционируют себя как самостоятельных сельскохозяйственных производителей, хотя фактически выращиванием овощей и фруктов либо не занимаются вообще, либо объем выращенной продукции слишком мал для крупных поставок.

Таким образом, посредники занимаются скупкой овощной продукции у недобросовестных товаропроизводителей и поставляют в крупные торговые сети по официально зарегистрированным договорам, выдавая ее за легальный товар собственного производства. Другой наиболее существенной особенностью рассматриваемого криминального рынка является то обстоятельство, что значительная часть земель, на которых осуществляется выращивание плодовоовощной продукции с использованием опасных пестицидов и агрохимикатов, заняты сельхозпроизводителями незаконно.

Как уже отмечалось, в первой половине 1990-х гг. происходила массовая перерегистрация колхозов и совхозов с изменением их статуса: государственные земли, использовавшиеся данными предприятиями, поступали в общую долевую собственность бывшим членам колхозов и совхозов, при этом границы земельных участков (долей каждого гражданина) не всегда были определены на местности. В связи с чем требовались дополнительные временные и материальные затраты при прохождении ряда процедур по оформлению права собственности на земли. Как следствие, возникла проблема использования земель, представляющих из себя невостребованные земельные доли, т. е. земли, переданные в собственность граждан, в отношении которых не были проведены землеустроительные работы и на которые не оформлены в установленном порядке правоустанавливающие документы. Как показали результаты проверки, проведенной прокуратурой Иркутской области в 2011 г., часть таких земель незаконно предоставлена в аренду без оформления надлежащих документов, либо занята самовольно.

Подобные факты выявлялись даже на территории г. Иркутска. Так, в конце 2011 г. на окраине города пресечена деятельность группы лиц, состоящей из 4 граждан КНР, двое из которых являлись незаконными мигрантами. Группа занималась выращиванием овощной продукции с применением опасных для здоровья пестицидов на самовольно занятом земельном участке, площадью более 0,5 га. Приведенный пример не является единичным. Одной из основных причин существования подобных ситуаций наряду с уже изложенными, как представляется, является отсутствие надлежащего контроля со стороны органов власти, что можно объяснить причинами организационного и нормативного характера.

Причины организационного характера можно выделить следующие. В Российской Федерации в целом, и в Иркутской области в частности, существует большое количество контролирующих органов, осуществляющих надзор в той или иной сфере деятельности:

– применение и употребление пестицидов и агрохимикатов — Управление Россельхознадзора;

– использование земель — Управление Росреестра;

– качество производимой продукции — Управление Роспотребнадзора;

– контроль и надзор за мигрантами — Управление Федеральной миграционной службы и т. д.

При этом законодательно (например, в Кодексе об административных правонарушениях РФ) установлено, что один контролирующий орган при осуществлении деятельности не может подменять другой. Иными словами, в случае осуществления Управлением Россельхознадзора проверочных мероприятий и выявления наряду со «своими» нарушениями, например факта самовольного занятия земельного участка, этот орган не вправе принимать к нарушителю каких-либо мер.

В целях эффективности проверок в отношении недобросовестных сельскохозяйственных производителей целесообразно применять комплексный подход: проверять использование земельного участка с точки зрения законности правообладания им и с точки зрения соблюдения требований природоохранного законодательства при его использовании. Для достижения наиболее эффективного результата такие проверки необходимо проводить с участием представителей всех заинтересованных государственных органов, что, как правило, проблематично, так как надлежащее взаимодействие между ними не налажено.

Препятствием для осуществления контрольных мероприятий на сегодняшний день является также ряд причин нормативного характера. В частности, согласно положениям Федерального закона от 26 декабря 2008 г. № 294-ФЗ, регламентирующим порядок проведения проверочных мероприятий в отношении индивидуальных предпринимателей и юридических лиц, такие проверки можно проводить только 1 раз в 3 года и только с предварительным уведомлением проверяемых лиц за 20 дней до проведения проверки[6]. Очевидно, что за это время недобросовестный сельскохозяйственный производитель, использующий опасные пестициды и агрохимикаты, успеет скрыть и следы их использования, и выращенную с их применением продукцию, и нелегальных мигрантов, осуществляющих трудовую деятельность в данном хозяйстве.

Таким образом, если строго соблюдать предписания названного закона, выявить нарушения в деятельности производителей практически невозможно. Это вынуждает соответствующие государственные органы действовать в обход действующего законодательства: проводить рейды (проверки, направленные на выявление нарушений на «случайно обнаруженных» сельских хозяйствах); выходить на проверки совместно с органами прокуратуры, полномочия которых не ограничены названным законом и т. д. Такое положение дел, безусловно, не обеспечивает стабильной ситуации в сельскохозяйственной сфере, а также необходимого уровня безопасности выращиваемой продукции. Кроме того, органами государственной власти региона не проводится надлежащая работа, направленная на создание единой государственной политики в области выращивания безопасной сельскохозяйственной продукции и оборота пестицидов и агрохимикатов.

Несмотря на предоставленную федеральным законодательством возможность[7], Законодательным собранием Иркутской области до настоящего времени не принят закон о продовольственной безопасности (хотя уже многие годы на его принятии настаивает Управление Россельхознадзора по Иркутской области); не обеспечено проведение учета физических и юридических лиц, осуществляющих деятельность по производству овощной продукции в закрытом и открытом грунте с привлечением рабочей силы из КНР. Кроме того, до сегодняшнего дня не проведена в полном объеме инвентаризация земельных участков, пригодных для производства овощей иностранными гражданами на территории Иркутской области, в целях исключения фактов их незаконной трудовой деятельности и нелегального строительства теплиц.

На основании изложенного, можно констатировать, что такое явление, как криминальный рынок опасных для жизни и здоровья человека пестицидов и агрохимикатов, а также выращенной с их помощью продукции, на территории Иркутской области активно функционирует и развивается. Помимо прочего, он имеет ряд специфических особенностей, обусловленных территориальным расположением (близость Китая), климатическими условиями, состоянием криминального рынка трудовых ресурсов. Вместе с тем, рассмотренный криминальный рынок в настоящее время не попадает в сферу интересов организованной преступности, так как не является источником сверхдоходов, однако имеет все необходимое, чтобы со временем целиком и полностью попасть под влияние местных ОПГ.

В этой связи, как представляется, на данном этапе развития указанного явления методы борьбы с ним будут гораздо менее затратными и гораздо более эффективными.

Сноски

Нажмите на активную сноску снова, чтобы вернуться к чтению текста.

[1] URL : http://agro-new.ru/?p=5536; http://enc-dic.com/enc_sovet/Kita-25290.html.

[2] Управление Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Иркутской области. — URL : http://www.38fsvps.ru.

[3] Министерство сельского хозяйства Иркутской области. — URL : http://www.agroline.ru.

[4] Итоги проверочных мероприятий, проведенных совместно с Управлением Россельхознадзора по Иркутской области и Управлением Федеральной миграционной службы по Иркутской области, за 2009–2012 гг.

[5] Отчет о проделанной работе Управления Роспотребнадзора по Иркутской области за 2010 г.

[6] О защите прав юридических лиц, индивидуальных предпринимателей при  осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля : федер. закон от 26 дек. 2008 г. № 294-ФЗ // СПС «КонсультантПлюс».

[7] О качестве и безопасности пищевых продуктов : федер. закон от 2 янв. 2000 г. № 29-ФЗ //Собрание законодательства. — 2000. — № 2, ст. 6.

Список использованной литературы

  1. Красинец Е. С. Нелегальная миграция и миграционная политика в Российской Федерации // Нелегальная миграция в современной России. — М., 2006. — С. 40–50.
  2. Пан Дунмэй. Криминологическая характеристика преступлений, совершаемых гражданами КНР на территории российского Дальнего Востока, и их связь с организованной преступностью // Криминологический журнал БГУЭП. — 2009. — № 2. — С. 39–44.
  3. Репецкая А. Л. Организованная преступность. Теневая экономика. Криминальный рынок России. — М., 2010. — 192 с.

References